В истории человечества археологи выделяют три больших периода, характеризуемых господством определенного вида материала для изготовления орудий труда: каменный, бронзовый и железный века. Каменный век, в свою очередь, по особенностям приемов обработки каменных изделий, подразделяется на три эпохи: палеолит (по-гречески палайос — древний, литос — камень), мезолит (по-гречески мезос — средний) и неолит (по-гречески нео —новый). В настоящее время ученые выделяют ещё одну самостоятельную археологическую эпоху, лежащую между неолитом и бронзовым веком и характеризуемую появлением древнейших изделий из чистой меди. Эта эпоха названа энеолитом (латинское энеус — медь).

На территории Среднего Дона известны памятники всех перечисленных периодов и эпох. Для определения возраста памятников археология подключает результаты целого ряда других научных дисциплин: геологии, палеозоологии, палеоботаники, физики, химии, этнографии, антропологии1.

Мы не всегда знаем, на каком языке говорили представители выделяемых культур, как они себя называли. Поэтому названия культурам даются археологами условно: либо по месту размещения основных памятников, либо по названию ближайшего населенного пункта, где впервые найден памятник культуры. Например, в эпоху неолита на Среднем Дону выявлена группа памятников со своеобразным обликом. Они были объединены в среднедонскую неолитическую культуру. А известная абашевская культура эпохи бронзы получила свое название от села Абашево в Чувашии, где был исследован первый могильник с теми чертами, которые стали отличительными для целой культуры. У жителей степных и лесостепных пространств Восточной Европы в первой половине II тысячелетия до н. э. характерной деталью погребального обряда являлось устройство в могильных ямах подбоев — «катакомб». Отсюда и население, оставившее их, получило название племен катакомбной культуры.

Общей закономерностью мест поселений всех археологических эпох на Дону является их обязательная связь с водоемами. Выбор места для поселений прямо зависел от потребностей хозяйственной деятельности древних коллективов людей, способов получения необходимых продуктов, уровня общественного развития этих коллективов в разные археологические периоды. Обратимся к примерам.

Палеолитические охотники, использовавшие загонный способ охоты на крупных животных, предпочитали устраивать стойбища близ обрывов и крутых овражных склонов. Так было вблизи с. Шубного Острогожского района. Здесь нашли самые древние орудия труда. Кратковременные стойбища мезолитических бродячих охотников на мелких нестандартных животных находятся ближе к реке — на первых террасах и останцовых дюнах и поймах рек. Эти места более всего соответствовали их охотничьему маршруту. В Воронежском крае позднепалеолитические стоянки (12 тыс. лет до н. э.) открыты и изучены в селах Костенки и Борщёво Хохольского района. Здесь были найдены остатки жилищ родовых общин из костей и бивней мамонта. Жилища круглые или овальные с очагом в центре. Встречались и остатки наземных построек с множеством очагов. Обнаружено много находок, дающих представление об образе жизни и быте первобытных людей, их хозяйственной деятельности, свидетельствующих о зарождении искусств.

Поскольку в эпоху неолита развивалась рыболовческая отрасль хозяйства, долговременные поселки встречаются в излучинах приустьевой части рек на первых террасах, а сезонные стойбища — на дюнах и близ уреза воды речных пойм. В последующие эпохи, с развитием земледелия и придомного скотоводства, происходили важные изменения и в общественных отношениях людей. Теперь родоплеменные богатства (главным образом скот) требуют охраны от посягательств иноплеменников, и поселки с загонами возникают на труднодоступных местах — на высоких мысах с крутыми склонами, откуда открывается широкий обзор местности. Например, у с. Костомарове Подгоренского района Воронежской области.

В целом же выбор места для постоянных поселений во все эпохи, наряду с учетом специфики экономики и общественного уклада, предполагал и общие требования: максимальная приближённость к источнику воды, выбор ровного участка площади, который бы поднимался над уровнем воды в такой степени, чтоб ему не угрожали вешние паводки, имел хороший обзор местности, естественную защиту от северных ветров.

Иные требования преследовал выбор места для организации могильников, если погребальный обряд был связан с помещением умерших в землю. Выбирались сухие возвышенные участки. В эпохи неолита и энеолита предпочтение отдавалось участкам с легким песчаным грунтом, а в раннем средневековье могильники сооружались в плотном грунте. В каменном веке захоронения часто совершались на площади поселения. Но были и отступления от общих традиций.

Самые древние памятники Подонья относятся к палеолиту (древнекаменному веку). Они находятся в районе сел Костёнки и Борщёво. Первооткрывателями их были профессор Петербургского университета Иван Семёнович Поляков (с. Костёнки) и археолог Алексей Андреевич Спицын (с. Борщёво). В 20 годы XX века отличился археолог Сергей Николаевич Замятин, уроженец г. Павловска-на-Дону. Он был первооткрывателем Гагаринской стоянки близ с. Гагарино Липецкой области. Заметим, в костенковской экспедиции в разные годы принимали участие почти все советские исследователи палеолита. Сейчас в Костенковско-Борщевском палеолитическом районе известно свыше 20 стоянок.

Таким образом, раскопки древнейших стоянок на Дону ведутся с небольшими перерывами вот уже вторую сотню лет.

В конце 50-х годов XX века в связи с работами ленинградского археолога Всеволода Протасовича Левенка открыты мезолитические памятники по берегам рек Дона, Потудани, Битюга, Толучеевки, Савалы.

Судя по рукописному архиву С. Н. Замятина, ученый пришел к выводу о существовании на Дону в неолите двух разных групп населения. Культура одной из них — северная, «близкая рязанским и самарским стоянкам», а другой — южная, «донецко-изюмская». Границу между ними С. Н Замятин условно провел по центральной части Воронежской области.

В середине 50-х годов близ села Щучье Лискинского района найдены два долблёных дубовых челна эпохи неолита.

В их обследовании на месте приняла участие советский неолитолог Мария Евгеньевна Фосс. Один из них хранится в Москве в Государственном историческом музее, другой — в фондах Воронежского краеведческого музея. К настоящему времени на Верхнем и Среднем Дону выявлены уже 150 памятников эпохи неолита, на многих из которых проведены раскопки. Наиболее важные из них стоянки по течению рек Тихой Сосны (у станции Копанище) и Битюга (у села Тишанки, Старой Тойды, Черкасского). На р. Воронеж стоянки Университетские 1 и 3 (против главного корпуса ВГУ) и Чертовицкая. В итоге работ появился богатейший материал для освещения многих сторон жизни донских неолитических племен. Здесь шел активный процесс развития не одной, а нескольких энеолитических культур ранних скотоводов. Их стоянки находятся на многослойных памятниках. Среди них — стоянки Университетские, Копанищенские, Черкасская, могильники Дронихинский, Иванобугорский на р. Битюг и Сасовские курганы на р. Потудани.

С 50-х годов с началом действия экспедиции ВГУ действует и Среднедонская лесостепная скифская экспедиция Института археологии АН СССР, бессменным руководителем которой был Пётр Дмитриевич Либеров, начинается изучение раннего железного века в нашем крае. Его экспедиция в разные годы провела раскопки Волошинских городищ (Острогожский район), городища у с. Сторожевого (Острогожский район) и другие.

Славянские городища и курганные могильники на реках Воронеж и Дон воронежские краеведы начали изучать еще в конце прошлого века. Силами экспедиций ВГУ исследовались Воргольское, Малое Борщевское, Семилукское городища, могильники на Белой горе, Животинное городище на р. Воронеж, древнерусское городище Холки на р. Осколе в Белгородской области. Большой интерес проявлен к памятникам южных соседей донских славян.

Раскопки знаменитого Маяцкого городища у хутора Дивногорье в Лискинском районе проводились ещё в дореволюционное время. В течение восьми полевых сезонов, начиная с 1975 года здесь вела раскопки международная Советско-Болгаро-Венгерская археологическая экспедиция, возглавляемая доктором исторических наук С. А. Плетневой. В ней участвовал и славянский отряд ВГУ.

По данным геологии, за последний миллион лет на Земле было несколько ледниковых периодов. Последнее, самое суровое в истории Земли оледенение — Валдайское. Оно наступило около 70 тысяч лет назад и продолжалось вплоть до X тысячелетия до н. э. Его ледяная шапка едва достигала Валдайской возвышенности. В это время проявилась особая активность древних людей (еще неандертальцев). Люди упорно двигались на север. Они уже научились извлекать средства для жизни из окружающей обстановки. История Воронежского края, по мнению доктора исторических наук А. Т. Синюка, начинается 40 — 35 тыс. лет до наших дней, в эпоху позднего палеолита. Она хорошо иллюстрирована результатами раскопок в селе Костёнки. Древнего человека привлёк сюда мамонт вкусным и питательным мясом, тёплой шкурой и массой костей.

Люди палеолитической эпохи на Дону в своей практике использовали три основных вида сырьевых источников: камень, кость и дерево. Следов деревянных сооружений или изделий из дерева той поры не сохранилось совсем. Каменные и костяные находки встречаются в большом количестве. Вспомогательным средством для пропитания людей было собирательство: они собирали ягоду, зерна диких злаков, съедобные корни, пресноводных моллюсков. В самом конце палеолита стали приобщаться к рыболовству, хотя сетей и крючков еще не знали.

Обитатели костёнковских стоянок коллективно охотились на стадных животных. Здесь существовало разделение труда. Взрослые мужчины занимались изготовлением необходимых орудий из камня и кости, строительством жилищ, охотой, обработкой шкур. Женщины готовили пищу, собирали топливо, съедобные растения, шили одежду, обрабатывали шкуры пушных зверей, заботились о детях. Воспитательные функции пронизывали весь быт коллектива. Дети с раннего возраста приобщались к труду, изготовлению орудий, закалялись физически, в играх воспитывали ловкость, выносливость, смекалку.

Оседлость ограничивала контакты между коллективами, затрудняла переход индивидов в другие коллективы. Так возникает ранняя родовая община. Ко времени позднего палеолита (40 — 35 тысяч лет назад) родовой строй сложился окончательно.

Сыроватский Н.И. Отчий край. – Воронеж, 1996. – 628 с.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *