Крестьянская жизнь начала XX в. по-прежнему регламентировалась созданным еще в древности земледельческим календарем. Он был четко привязан к религиозным датам и праздникам, учитывал цикл сельскохозяйственных работ и их сезонность. Хозяйственные и климатические изменения находили отражение в разнообразных обычаях и обрядах. В них содержались зашифрованные элементы рациональных знаний и навыков, приобретенных в процессе привыкания сотен поколений к окружающей среде.

В отечественной историографии усилиями, прежде всего, В.Я. Проппа, В.И. Чичерова, Д.К. Зеленина и другими исследователями удалось раскрыть содержание аграрных праздников восточных славян, самобытность их культурных традиций, рассмотреть календарь в аспекте его семантики и функционирования в системе традиционной культуры. В тоже время, не все регионы страны в равной мере подверглись изучению. Так, календарь Воронежского края, описанный в статьях краеведов и этнографов, начиная с XIX в., не дает возможность в полном объеме рассмотреть весь годовой цикл.

В Воронежской губернии, как и повсеместно в русской традиции, начало нового земледельческого цикла у крестьян связывалось с зимними святками, знаменующими наступление нового солнечного года (25 декабря — 6 января по старому стилю). Под влиянием православной христианской церкви Святки стали связывать с рождественскими обрядами и отмечать по церковному календарю — от Рождества до Крещения. Их совпадение по времени (начало года) способствовало смысловому сближению языческой святочной обрядности с христианской.

Зимние обряды, совершавшиеся в Воронежской губернии, содержали традиционные компоненты, характерные для восточных славян: поздравительные обходы дворов, колядование, магические действа с хлебом и зерном, поминальные обряды, обрядовую еду, гадания, ряжение. Ритуальными действиями крестьяне стремились воздействовать на природу, с целью получения хорошего урожая. Так, обход дворов на Святки совершался несколько раз: накануне Рождества, утром в день Рождества, вечером под Новый год и утром Нового года, сопровождалясь пением специальных песен — колядок или авсеней. После их следовало обязательное угощение колядующих. В случае недостаточного одаривания или отказа в Нижнедевицком уезде Воронежской губернии колядующие произносили угрозы и даже выполняли их, например, могли сломать ворота. В с. Коротояк Острогожского уезда говорили так: «Кто давал пирага, таму желали счастья и здаровья».

Колядующие разграничивались по возрастному признаку: дети, молодежь и пожилые люди ходили отдельно. Под Новый год дети ходили и посыпали избы и хозяев зерном со словами: «Сею-вею, насеваю, с Новым годам паздравляю…». В северных районах губернии был распространен обычай обхода дворов пастухом.

Поминальные обряды происходили в форме разжигания ритуальных костров из соломы. В с. Истобное Нижнедевицкого уезда под Новый год и Рождество жгли снопы: «обогревали своих родителей». По мнению В.Я. Проппа «поминовение усопших в разных формах есть одни из постоянных элементов аграрных обрядов, празднеств».

Рождественский ужин представлял собой поминальный стол. Одним из непременных блюд являлась кутья. В селе Шубное Острогожского уезда «варили перловую кутью. Для земледельцев очень важно было употребление такой еды в наступающем новом году, так как зерна и ягоды имели символику возрождения жизни».

Во время святочных гаданий крестьяне хотели узнать свое будущее. В селе Ростошь Валуйского уезда был распространен обычай «выстраивания» колодца, чтобы во сне пришел суженый. В селе Ситное Воронежского уезда сыпали овес к дверям и приговаривали: «Суженый-ряженый приходи ко мне косить, а я буду вязать». В слободе Осетровка Богучарского уезда разновидностью гаданий было подслушивание имени жениха, в селе Пузево Бобровского уезда — гадание с зеркалом.

В основе ряжения лежит идея перевоплощения человека в какое-то другое существо, его связь с потусторонним миром. В Воронежской губернии рядились дикими и домашними животными, стариками, цыганами.

Завершение Святок отмечали обряды и обычаи Крещения (6/19 января): в сопровождении священника совершались крестные ходы к «Ердани» — проруби, имевшей форму круга или креста. В ней купались с целью очищения и обливали священной водой скотину. В с. Шубное Острогожского уезда для защиты от злых духов на дверях домов рисовали мелом кресты («закрещивали» злых духов). В этот день выпускали голубей и стреляли вверх из ружья.

После Крещения наступало время крестьянских свадеб — Мясоед (так называли несколько недель до Масленицы — единственного праздника крестьянского земледельческого цикла, не получившего христианского толкования). В это время ели очень много масленой пищи. Праздник носит переходный характер: сочетает элементы весенней и зимней обрядности. С приближением весны у земледельцев начинался весенний цикл обрядов, когда было необходимо готовиться к предстоящим полевым работам. В это время исполнялись обряды, изгонявшие зиму, и встречающие весну, которая несла свет, тепло и пробуждение природы. Следующий за Масленицей понедельник в сл. Березовка Новохоперского уезда назывался «тожики» или «тужики», «нету ничего — ни блинов, ни масла уже, квасок, да картошечка».

Поминальным кушаньем на этой неделе были блины. В с. Пекшево Воронежского уезда в пищу еще употребляли и рыбу. Первый блин, испеченный на Масленицу, предназначался умершим предкам. Его клали к иконам «в угол — к родителям», где он должен был пролежать три дня, после чего его отдавали скотине. В сл. Березовка Новохоперского уезда на Масленицу было принято раздавать блины.

Обряды семейно-брачной тематики, присутствующие в зимних святках, несли продуцирующую функцию, способствовали пробуждению земли и росту культурных растений, обеспечивали будущий урожай. Так, в первый день Масленицы в с. Гремячье Воронежского уезда молодые ходили в гости к тёще на блины. В с. Копанище Острогожского уезда молодые в прощённый день шли к родителям невесты, по дороге молодая угощала детей орешками, сделанными из хлебного теста, и семечками.

На масленичной неделе были широко распространены кулачные бои, в которых принимали участие одни мужчины, а женщины присутствовали в роли зрительниц.

Большой комплекс обрядовых действий на Масленицу был связан с аграрной и скотоводческой деятельностью человека. В Воронежском уезде в это время катались с гор на плетёнках, в Россошанском — на лошадях и качелях, высота взлета которых служила символом мощного роста растений.

Другими ритуальными действиями были зажигание костров и проводы или похороны чучела Масленицы, изготавливаемого из соломы. В с. Краснолипье Острогожского уезда чучело делали в виде снопа. «Масленичные костры… это и проводы Масленицы как календарного периода, и один из способов уничтожения мифологических персонажей, старых, ненужных вещей и выпроваживание духов предков, всю масленичную неделю незримо присутствовавших в мире людей».

Обычай ряженья на Масленицу бытовал в с. Ростошь Валуйского уезда: девушки одевали на себя несколько юбок.

В последний день Масленицы, Прощеное воскресенье, просили прощенья не только у своих самых близких родственников, но и у всех членов сельской общины. В с. Сенное Воронежского уезда в этот день ходили на кладбище «к родителям» и там просили прощенье.

Необходимо отметить, что в традиционном праздновании Масленицы к концу 30-х гг. сохранились архаичные, наиболее существенные элементы этого обряда: поминальные обряды, ритуальная еда и кулачные бои.

Весенний период крестьянского календарного цикла определялся началом Великого поста и начинался с празднования Встречи весны. В народе этот праздник, соответствующий христианскому Дню памяти сорока мучеников (22 марта), называют Сороки.

В Воронежской губернии, как и в целом в русской традиции, наступление весны крестьяне связывали с прилётом птиц: дети исполняли специальные песенки — заклички весны, в которых призывали быстрее прилететь жаворонков. Так же выпекали «жаворонков» — обрядовое печенье в форме птичек из пресного или кислого теста, с которым дети залезали на заборы, крыши домов, скирды соломы, подбрасывали птичек вверх. Существовал обычай в жаворонков запекать денежку и гадать — кому она достанется, тот будет счастливым.

Следующий весенний праздник, почитаемый крестьянами — Благовещенье. Отмечался он по старому стилю 25 марта (по новому — 7 апреля) и до настоящего времени остается одним из главнейших христианских праздников. Так, «черты древнеязыческих богинь Живы, Лады, слились с христианскими понятиями о Богоматери, покровительнице труждающихся и обремененных».

В середине четвертой недели Поста отмечался праздник — Середокрестие, когда в ночь со среды на четверг Пост, как говорили в народе, «переламывался пополам». В этот день приготавливали обрядовое печенье в форме крестов и ходили в церковь.

Воскресенье, предшествующее Светлому Христову Воскресенью, называется вербным. Крестьяне шли домой из церкви с освященными ветками вербы, слегка «<хлестали» ими всех членов семьи и скотину. Считалось, что это придаст всем здоровья, очистит духовно и предохранит от болезней. Принесенная в дом верба означала «присутствие душ предков на земле» и хранили ее до первого выгона скота.

В дни последней недели Поста выделялся Великий четверг — день духовного очищения, принятия таинства покаяния. Распространенным обычаем было очищение водой — умывание, обливание, иногда купание, уборка дома. В народе четверг называется «чистым».

В пасхальном ритуале важное место занимала обрядовая еда: пасха, кулич и крашеные яйца. В этот день играли, катались на качелях, водили хороводы, ходили на кладбище и там катали яйца по могилам, а потом отдавали их детям.

Одним их обрядов, совершавшихся в этот день, был пасхальный обход дворов, который перекликается с обходом дворов на Святки. Отличием является то, что в это время по дворам ходили дети и собирали яйца.

Пасха является самым большим христианским праздником, вследствие чего наблюдается малочисленность народных обычаев, приуроченных к ней. Несмотря на запреты духовенства, крестьяне оставались верными своим традициям: продолжали водить хороводы и кататься на качелях. Они верили, что все эти действия помогут получить и сохранить хороший урожай, обеспечат растительности быстрый рост. В последний день пасхальной недели (в первое воскресенье после Пасхи) отмечали праздник Красная горка. В этот день поминали родителей, ходили на кладбище.

Следующим праздником весеннего цикла отмечалось Преполовение (на 25-й день после Пасхи). В с. Ростошь Валуйского уезда Воронежской губернии «<сохой делают круг в земле, а в нем крест». По мнению крестьян, обряд способствовал избавлению от какого-либо бедствия — эпидемии или засухи.

Значительное место занимал Егорьев день — первый выгон скота. В народном сознании Егорий был покровителем диких зверей и хранителем домашнего скота. Совершавшиеся обряды, были направлены на оберег скота и усиление плодородия. Крестьяне считали, что первый раз выгонять скотину в поле надо обязательно на Егория и ударять освященной веточкой вербы, сохранившейся от праздника Вербного воскресенья. В с. Козловка Валуйского уезда на Егория с вербой выгоняли скот, со словами: «Верба хлест бей да слез, Да краснае яичка, да бела малачко». Хозяева одаривали пастухов обрядовой пищей: хлебом, пирогами, яйцами, салом, молоком, маслом.

На сороковой день после Пасхи отмечался праздник Вознесения, к которому крестьяне приурочили действия, способствовавшие росту посевов и увеличению урожая. В этот день выпекали специальное обрядовое печенье — «лесенки».

Главное место в цикле весенне-летних праздников принадлежит Троице (празднуется на пятидесятый день после Пасхи). Он «осознается как пограничный между весной и летом, так как приходится на пик расцвета природы», «связан с культом растительности». В Воронежской губернии этот обрядовый комплекс включал в себя следующие ритуальные действия: украшение домов травою и цветами, ветвями березы и клена, кумление, гадания, кулачные бои, завивание венков, поминовение предков, обрядовые игрища.

Основной зеленью на Троицу были ветви березы. Крестьяне украшали ими дома для придания силы своей семье и хозяйству. Принесенная из леса зелень должна была обеспечить плодородие, урожай, принести здоровье живущим в доме, предохранить от всего нечистого и вредоносного. Бытовал обычай оставлять троицкую траву после праздника, потому что она считалась целебной и ее «хранили как лекарство». В с. Солдатское Нижнедевицкого уезда с Троицы засушивали травы и потом прикладывали к больному месту, лечили скотину.

Распространенным обрядом было завивание венков из травы или веток клена. В с. Болдыревка Острогожского уезда говорили: «вянки завивали, значит гулять по сялу». На венках гадали: бросали в воду и смотрели, если утонет — значит, несчастье будет, а если поплывет — благополучная жизнь.

Одним их характерных ритуальных действ в Воронежской губернии был обряд кумления, во время которого в с. Копанище Острогожского уезда говорили «давай по-жалеемся». Покумившиеся девушки считались родственницами и дружили всю жизнь. Разновидностью этого обряда было кумление во время общей трапезы. В с. Копанище Острогожского уезда на второй день Троицы «ссыпались» складывались продуктами молодежь, на третий «ссыпались» старики и старухи.

Большое значение имели обряды поминовения умерших предков, которых называли обобщенно «родители» и людей, умерших неестественной смертью — самоубийц и утопленников. Повсеместно в Воронежской губернии был распространен обычай носить еду на кладбище и трапезничать там.

В эти дни на улицах плясали под гармонь и балалайку, играли песни, «ходили ку-рагодами», одевались в праздничную одежду, в лесу собирались на «коньки» (карусели), устраивали балаганы и ярмарки.

Во время Троицы повторяются многие обряды годового цикла: зажигание костров, обливание водой, кулачные бои. Семицко-троицкий цикл во многом повторял Святки и включал множество обрядов, характерных для начала новых календарных периодов (ряжение, гадание, поминовение умерших).

Через неделю после Троицы отмечали Русальную неделю, «русальное заговенье». По народным представлениям русалки — утонувшие девушки или души детей, умерших некрещёными. Под воздействием духовенства, русалки стали превращаться в существа, вредящие человеку: нередко их сравнивали с ведьмами. В конце русальной недели в Воронежской губернии совершался обряд «проводов русалки». В с. Ступино Воронежского уезда девушки делали чучело из соломы или травы, несли в рожь и там раскидывали. По народным представлениям русалки способствовали лучшему урожаю.

Праздник летнего солнцеворота (Иван Купала) отмечался 24 июня (по старому стилю), наступление самого важного момента трудовой деятельности крестьянина-земледельца — жатвы. В Воронежской губернии, как и вообще в русской традиции, в этот день разжигали костры и прыгали через них; плели и гадали на венках; обязательно купались в реке — «чтобы не болеть». В с. Никольское Воробьёвского уезда обливали водой молодоженов, когда они приходили в гости к родителям. В Иванов день вода считалась целебной, ею обливались и умывались от разных болезней. Чаще всего такие обливания совершались парнями. Крестьяне считали, что все растения в ивановскую ночь наделены чудесными свойствами, поэтому повсюду собирали лекарственные травы.

Из жатвенного комплекса интересен обряд, связанный с последним снопом: несжатый пучок соломы оставляли на поле — «Илье на бороду, штоб дал урожай хороший на следующий год». Несмотря на немногочисленность сведений по жатвенной обрядности, следует отметить, что этот период, наряду с другими обрядовыми комплексами календаря, составляет единую систему годового цикла, обрядовые действия которого направлены на обеспечение урожая.

Из осенних обрядов в Воронежской губернии отметим обряд «похорон» мух, относящийся к проводным обрядам. По окончании всех сельскохозяйственных работ крестьяне отдыхали, устраивали посиделки, вышивали рушники, вязали, шили, пряли шерсть. Посиделки начинались с Семенова дня (14 сентября), с Покрова (14 октября) или под Дмитриев день (9 ноября). Молодые девушки собирались отдельно от пожилых.

Народный календарь Воронежской губернии относиться к традиции позднего формирования, в связи с этим слабо выражены обряды жатвенного периода. Сроки и продолжительность данного цикла зависели от конкретных погодных условий местности, из-за которых жатвенный период сдвигался во времени.

Календарные обычаи и обряды Воронежской губернии начала XX в. показывают, что наиболее полными сведениями представлены зимний «святочный» период и троицкие обряды. Формирование такого типа традиции объясняется причинами исторического характера, условиями заселения данной территории, а также характером хозяйственной деятельности проживающих здесь людей. Так, например, в западных уездах губернии (Воронежском, Нижнедевицком, Острогожском) обнаруживается более развитая обрядность и сохранившийся календарный фольклор, так как эта территория заселилась на два века раньше, чем остальные части Воронежской губернии (с XVI в.). Центральные районы осваивались, в основном, в петровскую эпоху ремесленным и рабочим населением, переводимым сюда для строительства русского флота. Календарная система этих районов сильно разрушена, представлена единичными сведениями. Большое влияние на южные районы Воронежской губернии оказала украинская традиция, это ярко проявилось в календарных обрядах.

В заключении необходимо отметить, что календарный земледельческий цикл Воронежской губернии представляет собой комплекс различных обрядовых действий,

Полную версию статьи Кореневой А.В. см. на КиберЛенинка ру

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *