1960-е годы представляют собой переломный момент в социокультурной практике Советского Союза. Детальное изучение данного периода дает представление о том, как преобразуется и насыщается культурное пространство новыми содержательными смыслами. Важнейшим направлением этих преобразований является поворот от строго идеологизированной повседневной жизни к удовлетворению индивидуальных потребностей советских людей во всех сферах его деятельности. Обычный человек, образ жизни и занятия которого часто оставались ранее в тени государственной политики, приобретает новые социальные роли. Центральным аспектом, позволяющим характеризовать данный феномен, является досуговая область повседневной жизни как способ некой самоидентификации и самовыражения общества и личности. В этой связи представляет интерес типологизация форм досуга по степени участия в нем государства и индивидуума. С одной стороны, советская идеология претендовала на присутствие во всех сферах общественной и частной жизни. С другой стороны, в 1960-е гг. тотальный диктат государства постепенно снижался, появлялись ростки индивидуальных форм досуга, иногда даже противоречившие официальным нормам. Именно через призму двух этих векторов и стоит рассматривать досуг советского человека.

Советский быт был устроен по модели двоемирия: официальное, государственное устройство контрастировало с внутренним пространством «частной комнаты». Все пространства, являющиеся не личными и не государственными — коридор, лестничная площадка, двор, составляли пограничную зону между «личным» и «общественным». Промежуточное пространство для советского человека было незначимо и невидимо. Стремление к четкой регламентации всех сфер существования человека, включая быт и досуг, в конце концов на практике оказалось не осуществимым. Постепенно досуговая повседневность приобретала раскрепощенные черты и проявлялась в создании новых форм рекреации людей.

ДК им. Ленина. Воронеж

В организации досуга советских граждан особую роль играли клубные учреждения культуры (заводские клубы, дома и дворцы культуры). Эти организации культуры, проводя культурно-просветительную работу среди населения, создавали условия для самореализации, созидательной деятельности и проявления социальной активности. Советские клубные учреждения культуры формировали особое социальное и информационное пространство, предназначенное как для физического и духовного развития людей, так и для идейно-воспитательной работы среди различных категорий населения. советские граждане, участвуя в культурно-массовых и просветительских мероприятиях клубных организаций, становились активными творцами «коммунистической культуры», носителями политических «передовых идей и идеалов». В этом ключе необходимо отметить, что дома и дворцы культуры выступали в роли социальных трансляторов культурных кодов, морально-этических норм, общественных правил, а также регуляторов развития общественно-культурной жизни определенного региона страны.

Организация досуга населения учреждениями культуры в советском государстве, как одно из важнейших направлений культурно-просветительской работы в целом, являлась частью социального заказа. особенно актуализировалось выполнение этих задач в годы хрущевской «оттепели» (1953-1964 гг.), когда государство впервые обратило внимание на острые социально-бытовые проблемы людей и их неудовлетворительное материальное положение, низкий уровень доступности культурных благ, слабое и бедное художественное обслуживание в отдаленных районах страны (особенно в тех, которые подверглись оккупации и разорению в годы Великой отечественной войны).

Условия для организации досуга населения советского союза в период «оттепели» качественно изменились вследствие внутренних качественных изменений в стране. Во-первых, послевоенный трудовой подъём, народный энтузиазм и дальнейшее социально-экономическое развитие страны позволили в период хрущевской «оттепели» восстановить и увеличить сеть учреждений культуры (домов и дворцов культуры). Во-вторых, в связи с решениями XX съезда КПСС произошло повсеместное сокращение рабочего дня и рабочей недели. Так, уже в IV квартале 1960 г. в точном соответствии со сроками, предусмотренными XX съездом, перевод на семичасовой рабочий день повсеместно закончился во всем народном хозяйстве, госаппарате, в общественных организациях. Средняя установленная продолжительность рабочего дня в СССР для взрослых рабочих в промышленности изменилась с 7,96 часа в 1956 г. до 6,93 часа в 1961 г.

Как отмечалось на сессии Верховного Совета СССР в мае 1960 г., «характерной особенностью перехода на сокращенный рабочий день в нашей стране является то, что трудящийся выигрывает не только оттого, что работает на час меньше, но также и оттого, что его заработная плата при меньшей продолжительности дня не уменьшается, а, как правило, возрастает». Таким образом, в СССР в изучаемый период законодательно увеличилось время отдыха советских граждан на 1 час, а сохранение прежней зарплаты и даже повсеместное ее увеличение мотивировали граждан на расширение своей досуговой деятельности. Это обстоятельство активизировало процесс организации досуга и его культурного пространства.

В начале 1950-х гг. в Сталинградской (Волгоградской) области и городе восстановили свою работу промышленные гиганты, началось строительство Сталинградской (Волжской) ГЭС и Волго-Донского канала имени В.И. Ленина, которые были признаны государством примерами «великих коммунистических строек». К масштабному строительству новых предприятий в Сталинграде привлекалось большое количество рабочих со всей страны. В условиях насыщенной трудовой жизни городского населения актуализировались вопросы об организации досуга трудящихся и качественном повышении уровня культурно-массовой работы среди населения. В этой связи лидирующую роль в организации досуга взяли на себя заводские клубы, дома и дворцы культуры при промышленных учреждениях города.

Все клубные учреждения Сталинграда (Волгограда) в данный хронологический период можно разделить на две большие группы.

Дома культуры, подведомственные городскому управлению культуры. В течение 1950-х гг. их было 5, и располагались они в районах города на окраинах. В 1961 г. дома культуры (а их уже 7) работали в Трактороза-водском, Сталинском, Советском, Кировском, 2 — в Красноармейском районе и 1 — в Верхне-Зареченске.

Клубы, дома и дворцы культуры заводов, фабрик и предприятий, подведомственные облсовпрофу. В 1954 г. в городе функционировало 2 дворца культуры, 2 дома культуры, 36 клубов. К 1957 г. профсоюзные организации имели 42 клуба, дома и дворца культуры. Из них в 8 были хорошие залы, фойе, 15 — зрительные залы на 150-300 мест и 2-3 комнаты для кружковой работы, остальные 19 размещались в приспособленных помещениях барачного типа. В 1960 г. в городе работало уже 49 клубных учреждений, около 1000 красных уголков, а в 1962 г. открылся поражающий своими размерами долгострой — Дворец культуры имени В.И. Ленина завода «Красный октябрь». Театральная часть Дворца (партер, ложи, балкон) легко могла вместить 800 человек, в ней были установлены стационарная киноустановка и сцена с вращающимся кругом. Во Дворце уже на момент открытия работали народный драматический театр, народная консерватория и детская техническая станция.

Стоит отметить, что клубы, как, в общем-то, и другие учреждения культуры Сталинграда (Волгограда), в 1950-е гг. располагались крайне неравномерно по городу. Так, на 1957 г. на маленьком участке Кировского района размещался клуб Сталгрэс, через 400 м -Дворец культуры и в некотором отдалении -клуб им. Ворошилова и клуб Павших борцов. В Краснооктябрьском районе также на небольшом участке разместились Дом техники, клуб им. Ленина, строился Дворец и уже к тому времени был построен клуб строителей. В Ворошиловском районе на узком «пятачке» размещались кинотеатр «Гвардеец», клуб промкооперации, киноплощадка и строился клуб строителей. А вот в густонаселенных Старой и Новой Отрадах имелся только ветхий Дом культуры, в Сталинском районе за полотном железной дороги располагался кинотеатр «родина», в районе завода тракторных деталей и нормалей — его клуб, который находился в заброшенном состоянии.

К середине 1950-х гг. много сельских клубных учреждений Центрального Нечерноземья находилось в упадке, заметном на фоне подъема других институтов культуры. Так, изменение порядка финансирования сельской кинофикации в 1954 г., рост числа киноустановок обеспечили к середине 1950-х гг. почти полный охват села кинообслуживанием и посещение сельскими жителями кино в среднем раз в месяц. К 1956 г. было радиофицировано более 50 % колхозных дворов в большинстве областей Центрального Нечерноземья. Передача лекционной пропаганды от органов Министерства культуры СССР Всесоюзному обществу по распространению политических и научных знаний обусловила в 1957-1961 гг. четырехкратное увеличение количества лекций, прочитанных его лекторами в колхозах, совхозах, МТС и селах.

Многие сельские клубные учреждения при этом выглядели аутсайдерами. Хотя их число в Центральном Нечерноземье увеличилось за 1953-1957 гг. на 8,9 %, система финансирования не менялась. Государственные клубы скупо финансировались из сельского бюджета. С 1949 по 1955 г. затраты на оборудование и инвентарь сократились в среднем на избу-читальню — на 53 руб. (42,7 %), на сельский клуб — на 504 руб. (67,2 %). Часть доходов клубов формировалась от оказания платных услуг, которые именовались «специальными средствами», но их использование жестко контролировалось.

Недостаточное финансирование определяло слабость материальной базы. Хотя клубные учреждения в основном располагались в собственных помещениях, многие из них не были приспособлены для культпросветработы. В 1955 г. в большинстве областей более половины изб-читален имели собственные здания (в Орловской области — 46,4 %), в более чем двух третях изб-читален имелся только зрительный зал (в Орловской области -44,2 %). По две и более комнат имели 13 % изб-читален Тульской и Калининской областей, в остальных регионах — не более 4 %. В своих помещениях размещались 60-90 % сельских клубов, причем в восьми регионах более 90 % имели только зрительный зал. Собственные библиотеки имели 18,7-67,1 % изб-читален (во Владимирской области — 81 %, в Костромской — 92 %) и 10,9-61 % сельских клубов (в Орловской области — 100 %). В ходе унификации клубных учреждений на базе сельских клубов росло количество киноустановок, которые имелись в 0,7-9,3 % изб-читален (в Ивановской области — 20,7 %, в Московской — 44,2 %, в Ярославской — 53,9 %) и в 10,7-28,6 % сельских клубов (в Смоленской области — 3,6 %, в Ивановской — 51,7 %, в Московской — 80 %).

Неразвитая материальная база определяла узкий спектр клубного досуга и слабый охват им потенциальной аудитории. В 1955 г. сельские клубные учреждения обеспечили проведение в год в среднем 1,0-3,4 лекции на сельского жителя, в том числе 0,2-0,6 лекции на естественнонаучные темы и 0,2-0,8 — по технике и агрозоотехнике. Объем лекционной пропаганды составил 78,5 % от уровня 1947 г., а охват аудитории — 85,8 %. На избу-читальню приходилось в среднем 1,3-2,6 кружка, на сельский клуб — 2,1-3, которые посещали 0,010,06 % сельских жителей. По сравнению с 1947 г. действовало 60,0 % кружков с числом занятых 55,0 %. Наибольшей популярностью пользовались драматические, хоровые и агрозоотехнические кружки. В большинстве клубов имелись агитбригады и художественная самодеятельность, хотя интенсивность выступлений была невысокой: в среднем в год 2,512,7 выступления коллективов самодеятельности и 0,8-2,7 агитбригады на клубное учреждение. В 1955 г. количество выступлений самодеятельности составило 71,3 %, агитбригад -30,6 % от уровня 1947 г.

«Сверху» причина материально-технологической отсталости клубов и узкого спектра клубного досуга виделась, прежде всего, в ведомственности, а ее преодоление — в расширении внебюджетного финансирования и стимулировании общественной активности. 15 марта 1953 г. слиянием ряда министерств и комитетов создается Министерство культуры СССР, его областной и районный аппарат, на который возлагалось не только руководство государственными учреждениями культуры, но регистрация и учет прочих учреждений независимо от ведомственной принадлежности, координация усилий разных ведомств по развитию их сети, обеспечение кинообслуживания, контроль книготорговли, районных типографий, радиовещания. Сентябрьский (1953 г.) пленум ЦК КПСС рекомендовал «экономически крепким колхозам» выделять средства для строительства учреждений культуры. Местные органы власти обязывались активизировать их ремонт и оборудование за счет местного бюджета, самообложения и других источников, «поддерживать» инициативу колхозов по их строительству. Увеличение числа колхозов, имевших или строивших собственные клубы, обусловило принятие «Положения о колхозном клубе» (1954 г.), нацеливавшего на «содействие коммунистическому воспитанию и повышению культурного уровня колхозников». Отражая стремление к равномерному размещению учреждений культуры по территории района, устанавливалась регистрация колхозного клуба в отделе культуры исполнительного комитета районного Совета депутатов трудящихся.

В этом же направлении шла разработка проектов реформ клубной сети, обосновывавшаяся также неизбежностью передачи общественным организациям функции «культурного обслуживания» населения на этапе «построения коммунизма». В марте 1956 г. Министерство культуры РСФСР предложило сократить часть сельских клубных учреждений, передав их в качестве красных уголков «крепким колхозам», а кадрам оставшихся повысить зарплату. Проект Совета министров РСФСР по «передаче-продаже» колхозам части сельских клубных учреждений (начало 1958 г.) исходил из готовности колхозов принять «на полное содержание» многие сельские клубы и установить минимум заработной платы их заведующим в размере ставки учителя сельской школы. Функция кинообслуживания сохранялась за государством, оплачивавшим колхозам аренду помещений и киноаппаратуры. Сходные меры разрабатывались отделами пропаганды и агитации ЦК КПСС и ЦК ВЛКСМ. Для улучшения культпрос-ветработы предлагалось централизовать часть культфондов потребкооперации, предприятий местной промышленности и колхозов.

Более глубокую реформу разработало Министерство культуры СССР, настаивавшее на формировании сети унифицированных государственных клубов и библиотек в центрах сельсоветов, на центральных усадьбах и в отделениях колхозов и совхозов. Колхозам передавались 25 тысяч из 80 тыс. сельских клубов, а на высвободившиеся средства планировалось укомплектовать оставшиеся на бюджете минимумом инвентаря, построить около 3,5 тыс. типовых зданий районных домов культуры и библиотек. В декабре 1961 г. в ЦК КПСС поступил проект сокращения небольших клубов и библиотек и перевод на общественные начала располагавшихся в бригадах колхозов и отделениях совхозов с перераспределением бюджетного финансирования между сохраняющимися учреждениями культуры. Распределять средства «на культуру» и отвечать за их расходование должны были межведомственные Советы культуры из представителей общественных организаций, администраций колхозов, потребкооперации — будущие «органы народного управления» ею.

Ряд подобных предложений был реализован в виде рекомендаций Министерства культуры РСФСР заинтересованным структурам . 8 февраля 1958 г. утверждается обновленное «Положение о сельском клубе», предусматривавшее большую автономность заведующего клубом и значение Совета клуба. Состав Совета избирался открытым голосованием населения округи, мог утверждать и контролировать план его работы и репертуар, предлагать сессиям сельсовета и «общественности» ассигнование средств на культурное обслуживание и т. д. (ранее Совет клуба мог лишь «надзирать» за его работой). Клуб ориентировался на «коммунистическое воспитание» и политическое информирование населения: задача организации «культурного отдыха» значилась в перечне четвертой.

Барьерами для развития самодеятельности в клубах были отсутствие квалифицированных организаторов, значительная трудовая занятость ее участников, их возраст: большинство составляла холостая молодежь, «отстававшая» от самодеятельности при появлении семьи. Сокращение участия населения в самодеятельности ко второй половине 1950-х гг. объясняется разрывом преемственности между поколениями самодеятельных артистов, спадом интереса к традиционному репертуару и жанрам, ростом требований к уровню исполнения под влиянием радио, кино и т. д. Фасадом художественной самодеятельности, имевшим мало общего с повседневностью клубного досуга, являлись парадные смотры и фестивали разного масштаба, представлявшие мероприятия с отобранными по разверстке и хорошо подготовленными коллективами с затратами на участника 3,54 тыс. руб. и стоимостью зрительского билета 40-45 руб. (билет в кино на селе стоил от 50 коп. до 3 руб. 50 коп.).

Самодеятельное творчество страдало из-за попыток подражания профессиональным артистам, вытеснения традиционного репертуара стилизованным «под фольклор», усиления его контроля органами культуры. В программах смотров 30-40 % номеров занимали «общерусские» песни, еще 30-40 % — произведения, стилизованные по народную музыку, пользовалась популярностью музыка из кинофильмов и грамзаписи, возрастала унификация обработанной фольклорной традиции танца, тиражировавшаяся в виде «методических рекомендаций». В 1955 г. Всесоюзный Дом народного творчества им. Н.К. Крупской предложил Министерству культуры СССР ежеквартально выпускать списки рекомендованных пьес и номеров. Директора Домов народного творчества могли дополнить их только произведениями национальных авторов. Контролировать репертуар должны были начальники областных и районных отделов культуры, директора РДК. Предпринимались попытки запретить частушки, казавшиеся слишком фривольными, или же, напротив, формировать пропагандистское частушечное творчество. В 1958 г. утверждается «Положение о Центральном доме народного творчества имени Н. К. Крупской», на который возлагалась «борьба за правдивое и глубокое отображение действительности в репертуаре художественной самодеятельности» посредством создания и издания репертуара, учебных и методических пособий для самодеятельности и других мер.

В результате всех этих перемен и под влиянием развития экономики, роста благосостояния, доступности радио, электричества, укрепления материальной базы клубных учреждений в передовых колхозах Центрального Нечерноземья конца 1950-х — начала 1960-х гг. фиксировались прогрессивные, с точки зрения власти, изменения досуговой культуры. Уходила в прошлое традиция досуговой самоорганизации молодежи, вытеснявшаяся досугом в клубе и на спортивной площадке, празднование колхозных и советских праздников вытесняло религиозные праздники. С клубным досугом активно конкурировал домашний за чтением художественной литературы, прессы, слушанием радиопередач. Работники клубов отмечали преобладание в будни молодежной и подростковой аудитории, появление же взрослых — только по праздникам или «значительным» поводам.

Однако население большинства экономически слабых хозяйств в письмах в органы власти, прессу отмечало нахождение их села на периферии «культурной жизни», недостаток у колхозов средств на «культуру», остаточное бюджетное финансирование клубов, малый выбор форм досуга, индифферентность местной власти к этим проблемам. Неразвитость клубного досуга считалась одной из основных причин распространения на селе карточных игр, пьянства, хулиганства, драк, уличных танцев и частушек, что признавалось и республиканским руководством.

Таким образом, недостаточное финансирование клубных учреждений села Центрального Нечерноземья в значительной степени определяло их слабое материальное состояние и, соответственно, узкий спектр организуемого досуга, ядром которого по-прежнему являлось политическое просвещение, слабый охват им населения. Реформы клубного досуга, нацеленные на преодоление ведомственности и развитие инициативы «снизу», свелись к попыткам перераспределить скудные бюджетные средства и развить внебюджетное финансирование при еще большей концентрации во властных структурах организационного и идеологического контроля. Не сумев наладить повседневно широкий спектр традиционной клубной работы, власть все больше полагается на прогресс кино-, радио- и телетрансляций, потеснивший ее сложные вербальные формы.

 

Источники:

  1. Липатов А.В., Вальковский А.В. Роль клубных учреждений в организации досуга советских граждан в 1953-1964 гг. (на примере Сталинграда -Волгограда)..//Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2015.
  2. Кометчиков И.В. Клубные учреждения в повседневном досуге села Центрального Нечерноземья середины 1950-х начала 1960-х гг // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. 2014.
  3. Маркова О.Н. Сфера официального досуга советских людей в 1960-е гг.: дихотомия коллективного и индивидуального (на материалах Саратовской области). См. КиберЛенинка.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *