В VIII—X вв., в период складывания и процветания древнерусского государства с центром в Киеве, на территории нашего края жили аланские и славянские племена.

Аланы были потомками сарматов. Их поселения встречаются в южной части края. (Аланская культура в бассейне Среднего Дона называется Маяцкой, по имени наиболее изученного Маяцкого городища, которое расположено на правом берегу Тихой Сосны у ее впадения в Дон). Аланы жили как на городищах, так и на неукрепленных поселениях (селищах). Аланские городища укреплялись валами и мощными стенами. Наружная и внутренняя части стен, например, Маяцкого городища, были сложены из массивных меловых камней. Каждый такой камень весил от 54 до 128 кг. Пространство между двумя рядами каменной кладки забутовывалось щебнем и мелким камнем. Толщина стены местами достигала 6,4 метра. Жили аланы в наземных и полуземляных жилищах. Судя по собранным предметам, уровень их материальной культуры был довольно высок. Они употребляли железные орудия хорошей выделки, а глиняную посуду изготовляли не вручную, а на гончарном круге.

Особый интерес вызывают надписи и рисунки, процарапанные на камнях оборонительной стены Маяцкого городища и на стенах некоторых полуземляных жилищ прилегающего селища. На рисунках чаще всего встречаются схематические изображения человека и лошади.

Умерших аланы хоронили в подземных камерах в лежачем или сидячем положении. С ними клали домашнюю утварь, орудия и оружие. Поверх могил курганные насыпи не воздвигались, поэтому эти кладбища обнаружить трудней.

Славяне жили к северу от алан. По одному из наиболее изученных славянских городищ, которое расположено в с. Борщёво (Боршево) Гремяченского района, вся славянская культура VIII—X вв. в бассейне среднего и верхнего течения р. Дон получила название Боршевской культуры. Поселения славян тянулись почти непрерывной цепью по правому берегу рек Дон и Воронеж, начиная от хутора Титчихи Давыдовского района до поселка Рам синь Березовского района.

Жилищами славян были полуземлянки площадью от 10 до 25 кв. метров. В зависимости от того, на каком грунте располагалось городище, нижняя часть жилищ вырубалась в мелу или выкапывалась в земле. Стены обшивались либо дубовыми плахами, либо ограждались срубом из нетолстых бревен. В одном из углов жилища располагалась печь. Печи в большинстве случаев складывались из мелких камней и обмазывались глиной. Иногда их сооружали только из глины или больших камней. Все печи имели примерно одну и ту же форму, несколько напоминающую подкову с выпрямленными концами. Топились они по-черному. Деревянные крыши жилищ имели чаще всего двускатую форму.

Дома на городищах располагались в определённом порядке. На Титчихинском городище, например, удалось установить их линейную планировку, при которой фасад одной линии жилищ был обращён к тыльной стороне другой линии. Возле домов находились различные хозяйственные постройки.

Основным занятием славян было пашенное земледелие. Они сеяли пшеницу, горох и просо. Возможно, что культивировались также рожь, ячмень, лён, конопля и некоторые огородные культуры. Запасы зерна хранились в специальных кладовых. Зерно размалывалось на жерновах или зернотерках. Хлебы пекли на больших глиняных противнях.

Кроме земледелия славяне занимались скотоводством, охотой, рыболовством и бортничеством. Они разводили крупный и мелкий рогатый скот, свиней и лошадей. Мясо домашних животных шло в пищу. Быки использовались также как тягловая сила, а лошади — как средство передвижения. Из овечьего молока приготовлялись сыры. Для этого применялись специальные толстостенные миски с круглым отверстием у дна, через которое стекала сыворотка. Овечья шерсть шла на пряжу.

Охотой и рыболовством занимались в каждой семье. Основным охотничьим оружием был лук. Стрелы имели железные или костяные наконечники. Охота велась для добычи мяса и пушнины, которая в то время ценилась очень высоко. Охотились на медведей, волков, лисиц, выдр, барсуков, лосей, благородных оленей, косуль, кабанов, зайцев, бобров, сурков и других зверей. Кости всех этих животных часто встречаются на городищах.

Рыбу ловили удочками, перемётами, острогами и сетями. Рыболовные крючки делались из железа или бронзы и были, как правило, значительно крупнее современных. От сетей сохранились только глиняные грузила. Рыба являлась одним из постоянных продуктов питания жителей городищ. На зиму ее сушили, солили, вялили и закладывали в ямы.

Представление о хозяйстве донских славян будет неполным, если не охарактеризовать их домашние промыслы. Славяне занимались производством железа и выделкой вещей из него. Железо добывалось из местной руды, залежи которой имелись у Лысой горы, у Михайловского кордона близ Воронежа и в других местах Воронежского края. Плавка руды производилась на древесном угле. Руда и уголь засыпались в печи, сложенные из известковых плит. Плавка велась сыродутным способом. Этот способ основан на том, что при нагнетании воздуха происходит восстановление железа из руды, после чего оно стекает на дно печи, где застывает, образуя крицу. Для того чтобы извлечь железо, печь приходилось после каждой плавки ломать. Известно, что жители этих мест занимались также изготовлением украшений из бронзы, формочки для отливки которых встречены во время раскопок. Славяне умели искусно обрабатывать кость и дерево, занимались ткачеством. Из глины они лепили различные виды домашней посуды, рыболовные грузила и прясла для веретен.

Арабские монеты, найденные в одном из жилищ Титчихинского городища

Продукты земледелия и промыслов потреблялись не только на месте, но и сбывались в соседние и в более отдаленные земли. Донские славяне, как и другие славянские племена, вывозили, вероятно, хлеб, меха и мёд. О наличии торговых связей .мы можем судить по привозным вещам, встреченным во время раскопок. Наибольший интерес представляют серебряные восточные монеты с надписями на арабском языке. В одном из жилищ Титчихинского городища найден клад из 22 монет. Монеты хорошо сохранились, на них видны надписи. Одна монета была чеканена в 728-729 гг. в городе Васите (на р. Тигр), входившем в состав Арабского халифата, а остальные чеканились в различных городах Средней Азии: Самарканде, Аш-Шаше (нынешний Ташкент) и Андерабе в конце IX и первой четверти X в. в период правления династии Саманидов при Исмаиле ибн Ахмеде, его сыне и внуке. Эти монеты могли попасть на Дон вероятнее всего через Волжскую Болгарию, где в городе Великий Болгар был большой торг. Сюда приезжали славянские купцы, а также купцы из Азии.

Вопрос об общественном строе донских славян очень сложен. Ни археологические данные, ни письменные источники не дают почти никаких материалов для суждения о нём. По-видимому, здесь, как и на всей территории древнерусского государства, существовала территориальная, или сельская община. Отличительной особенностью этой общины являлось объединение её членов не на основе родства, как это было в родовых общинах, а по территориальному принципу. Общинники сообща владели выгонами, лесными и рыболовными угодьями. Пашенная земля тоже находилась в собственности общины, но для обработки её закрепляли за отдельными семьями.

Донские славяне, подобно другим восточнославянским племенам VIII—X вв., были язычниками. Они верили в очистительную и магическую силу огня и поэтому сжигали своих мертвецов. После сожжения прах умершего клали в сосуд, который устанавливали в так называемом домике мёртвых (деревянный сруб с тремя стенками), поверх которого насыпался курган. Каждый курган являлся коллективной семейной усыпальницей. В нём находилось по нескольку урн с прахом.

Славянские поселения на Дону граничили со степью, занятой кочевниками. Мирную жизнь славян постоянно нарушали опустошительные набеги печенегов, а затем половцев. Часть славянских поселений была разграблена кочевниками, а их жители уведены в плен. Большинство же городищ было покинуто их жителями, переселившимися на север, в более безопасные места. Всё необходимое в хозяйстве они взяли с собою, а поселения сожгли.

Неправильно было бы думать, что с разорением поселений кочевниками и с уходом населения на север Воронежский край совсем обезлюдел.

Из летописи известно, что примерно с конца XI в. северная часть нынешнего Воронежского края входила в состав Рязанской земли и на неё распространялась власть рязанских князей. В Ипатьевской летописи под 1177 г. впервые упоминается о Воронеже. В этом году князь Владимиро-Суздальского княжества Всеволод Юрьевич, известный по прозвищу Большое гнездо, потребовал у рязанцев выдачи Ярополка Ростиславича — одного из своих противников в борьбе за княжеский стол. Рязанцы вынуждены были выполнить требование Всеволода «и ехавше Воронажь (вариант — «в вороняж» — Ред.) и яша его (Ярополка Ростиславича — Ред.) сами и приведоша его в Володимерь». Это место из летописи исследователями понималось по-разному. Одни считали, что летописец имеет в виду реку Воронеж, другие полагали, что здесь упомянут город Воронеж. В начале XX в. этот спорный вопрос явился предметом дискуссии, которая развернулась на страницах «Трудов Воронежской ученой архивной комиссии». Первую точку зрения отстаивал С. Н. Введенский, вторую — С. Е. Зверев. Участники дискуссии так и не пришли к единому мнению. В дальнейшем этим вопросом специально никто не занимался. Его лишь вскользь касается известный советский историк М. Н. Тихомиров в работе о древнерусских городах. Он отмечает, что «по-видимому, уже в 1177 г. существовал и Воронеж («Воронажь»), так как в Ипатьевской летописи о нём говорится, как о городе…». Данные археологии вполне допускают существование г. Воронежа в XII в. Окончательно в этом можно будет убедиться лишь после того, как археологи не только установят место, где был древний Воронеж, но и изучат все, что сохранилось от него до наших дней.

*  *   *

XIII в. был временем тяжелых испытаний для всей Русской земли. С запада на неё обрушились немцы, датчане и шведы; с востока на русские земли нахлынули полчища татар. Татарские войска, во главе которых стоял хан Батый, напали на. территорию Рязанского княжества, куда частично входил и Воронежский край. Летописи и воинские повести древней Руси сохранили описание героического сопротивления, оказанного рязанцами врагу. Рязанцы бились «крепко и мужественно и бысть сеча зла и ужасна. Мнози силнии полки падоша Батыеви». Но более многочисленные войска Батыя одержали победу. Татары бесчинствовали на рязанской земле. «И начата воевати Резанскую землю и веля бита, и сечи, и жещи без милости».

После татарского нашествия Воронежский край, как и вся юго-восточная окраина Руси, опустел ещё больше. Источники называют этот район «полем», подчеркивая тем самым его малонаселённость. Совсем пустынным показался наш край дьякону Игнатию, спутнику московского митрополита Пимена, который в 1389 г. совершил путешествие в г. Царьград (Константинополь) по делам церкви. Игнатий описал это путешествие. Его описание сохранилось в Никоновской летописи и известно как «Хождение Пименово в Царьград». Часть пути Пимена проходила по верхнему и среднему течению Дона. Дьякон Игнатий пишет, что путешествие по Дону было «печално и унылниво… бяше бо пустыня зело всюду, не бе бо видети тамо ничтоже: ни града, ни села». Этот отрывок из «Хождения» часто приводится историками как доказательство полного обезлюдения Воронежского края после татарского нашествия.

Однако свидетельство французского монаха Рубрука и данные археологии позволяют утверждать, что жизнь на территории края продолжалась и после татарского разорения. Гильом де Рубрук в 1257 г. был послан французским королем Людовиком IX в Монголию с особой дипломатической миссией. Свои путевые впечатления он изложил в сочинении «Путешествие в восточные страны». Путь Рубрука лежал через Дон где-то в его среднем течении. Рубрук рассказывает, что через реку его переправляли русские люди, которые жили в посёлке на восточном берегу Дона. Посольство Рубрука в течение трёх дней вынуждено было стоять вблизи поселения, так как его жители отказывались продать коней или быков, необходимых для дальнейшего путешествия.

Рубрук был наблюдательным путешественником. Он заинтересовался бытом жителей Подонья. «В то время, — пишет Рубрук,— они жали рожь. Пшеница не родилась там хорошо, а просо имеют они в большом количестве». Кроме земледелия жители поселка занимались скотоводством, рыбной ловлей и охотой. Рубрук приводит интересные данные об одежде жителей посёлка: «Русские женщины убирают головы так же, как наши, а платья свои с лицевой стороны украшают беличьими или горностаевыми мехами от ног до колен. Мужчины носят епанчи, как и немцы, а на голове имеют войлочные шляпы, заостренные наверху длинным остриём». Далее он сообщает, что южнее описанного поселка существует другой, где послы переправляются зимою. Сообщение Рубрука о существовании «а Дону небольших поселков подтверждается археологами.

В XIV в. жизнь на территории Воронежского края была ещё более неспокойной, чем прежде. В степи кочевали татары. Их кочевья располагались в южной части Воронежского края. До наших дней сохранились татарские названия рек и населённых пунктов (Усмань, Битюг, Хава, Айдар и др.).

Чтобы заблаговременно узнавать о появлении татарских           отрядов, на правом берегу Дона были созданы наблюдательные пункты —сторожи. Сторожа должна была быть всегда начеку и наблюдать за речными бродами и перелазами, своевременно оповещая жителей о появлении татар. Сообщения о движении татар доставлялись также в ближайшие города и в Москву.

В течение XIV в. русский народ постепенно собирал силы для того, чтобы освободиться от ненавистного татарского ига. В 1378 г. хан Мамай, обеспокоенный растущим могуществом Руси и нерегулярным получением дани, собрал «вои многи» и начал поход на русские земли. Летопись сообщает, что войско Мамая, насчитывающее 100—150 тысяч воинов, остановилось близ устья реки Воронеж. Здесь хан принял послов от изменника русского народа рязанского князя Олега и великого князя Литовского Ягайло, чтобы договориться с ними о совместных действиях против Московского княжества.

На р. Воронеж татарские войска задержались. Они ожидали возвращения из Москвы послов, отправленных туда с требованием выплаты дани в таком размере, как платили её в начале XIV в. при хане Узбеке. Московский князь Дмитрий Иванович, получивший впоследствии за победу на Куликовом поле прозвище Донской, чтобы выждать время, послал к Мамаю ответное посольство. В то же время он отправил на Тихую Сосну на сторожу своих людей, которые должны были следить за передвижением войск Мамая. Выиграв время, Дмитрий Иванович собрал ратные силы, которые в 1380 г. на Куликовом поле одержали решающую победу над врагом. Эта победа нанесла сокрушительный удар по Золотой Орде и укрепила положение Московского государства.

Ко второй половине XV в. относится образование Русского централизованного государства. К этому времени в его состав вошли почти все русские земли, за исключением Пскова, Смоленска и Рязанского княжества. Рязанское княжество с 1456 г. находилось в зависимости от московского правительства, а некоторые его земли, в том числе и часть территории Воронежского края, были куплены московскими князьями. (Рязанское княжество было полностью присоединено к Московскому государству в 1520 г.).

В 1480 г. Русское государство одержало победу над ханом Золотой Орды и окончательно освободилось от татарского ига. Золотая Орда распалась на ряд ханств и орд, но татарские набеги на русские земли не прекращались. Главной целью этих набегав был захват добычи и пленных. Татары разоряли селения и уводили в рабство их жителей. Взрослых они связывали ремнями и гнали пешком, а детей увозили в специальных корзинах. Пленников продавали в Турцию и другие страны.

Правительство должно было принять новые радикальные меры для надежной защиты юго-восточных границ государства. Одной из таких мер явилось создание в XVI в. засечной сторожевой черты. Засечная черта представляла собою систему укреплений, прикрывавших от набегов татар окраинные земли Русского государства. В XVI в. сюда из центральных районов страны и Украины усилился прилив переселенцев. Начался новый этап в истории нашего края.

 

См.: Очерки истории Воронежского края. Т.1. /Под ред. Е.Г.Шуляковского. – Воронеж: Изд-во ВГУ, 1961. — С.20-27.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *